Пожалуй, не будем повторять расхожую мысль о временах мировой геополитической перестройки. Процессы эти видны невооруженным взглядом и ощущаются, как говорится, на собственной шкуре. Тихие и гостеприимные азиатские республики СССР не только поменяли названия (став, к примеру, труднопроизносимым Кыргызстаном), не только заменили буквы русского алфавита на латиницу, не только «забыли» общие исторические события, но и мечтают о совсем другом будущем для своей страны и своего народа.

Впав в азарт установления независимости и получения суверенитета, бывшие братья по Советскому Союзу разрушают связи, которые существовали между Россией и Центральной Азией задолго до всевозможных революций. О новых идеях, новых друзьях и новых приоритетах бывших азиатских республик СССР на примере Казахстана мы поговорили с двумя экспертами: общественным деятелем и блогером Альжаном Исмагуловым и автором политического канала «Буданбай» Антоном Бударовым.

«Самый большой друг»

Для начала рассмотрим тех, кто претендует на роль «Большого друга».

Хотя США, Евросоюз и Турция активно работают над расширением своего влияния в Центральной Азии, говорить о полном «разрыве» экономических отношений региона с Россией пока преждевременно.

Интересы Америки очевидны: обеспечение энергетической безопасности, доступ к редкоземельным металлам (уран, литий), сдерживание России и Китая, а также продвижение западной модели управления. Американцы активно продвигают альтернативные российским транспортные маршруты, такие как Транскаспийский международный транспортный маршрут (ТМТМ или «Срединный коридор») и проект «Trump Route for International Peace & Prosperity (TRIPP)» через территорию Армении. Богатый «дядюшка Сэм» щедро снабжает деньгами проекты и тех, кто их поддерживает. Хотя деятельность USAID была сокращена, США делают ставку на целевые инвестиции через свою финансовую корпорацию DFC.

Но Восток – дело тонкое, и напористые янки воспринимаются азиатами как «завоеватели», с которыми нужно быть осторожнее.

Евросоюз тоже жаждет ухватить кусочек центральноазиатского пирога в попытках снизить энергетическую зависимость от России. Поэтому европейцы стремятся стать ведущими инвесторами и торговыми партнерами региона (уже сейчас ЕС обеспечивает более 40% прямых иностранных инвестиций). Так, по программе «Global Gateway» Евросоюз обязался инвестировать 12 миллиардов евро в развитие региональной инфраструктуры.

Дальновидные азиаты денег ждут, европейские делегации принимают, соглашения подписывают (Казахстан и Узбекистан), но с интересом посматривают на Турцию. Все-таки уникальные культурно-исторические и языковые связи в карман не спрячешь. Опять же, полноценное развитие «Срединного коридора» и проекта TRIPP без Турции невозможно.

Россия в сложившейся ситуации действует по принципу «старый друг лучше новых… трех», укрепляя «совместную работу по защите наших общих интересов». В частности, на встрече министров промышленности стран ЦА и РФ в Ташкенте обсуждался переход «от традиционных моделей торговли к глубокой промышленной кооперации».

Новая концепция для нового Казахстана

Для того чтобы повлиять на отношения между двумя народами, ничего лучше не придумали, чем идею о «национальном сознании». А там, где просыпается национальное сознание, и до шовинизма недалеко. Продвигаемые Западом идеи о необходимости защиты «самоидентичности» и «национального сознания» в странах Центральной Азии редко звучат в отрыве от текущей геополитической ситуации. Их ключевая цель — не просто развитие культур, а создание идеологического и эмоционального барьера между Центральной Азией и Россией. Если взаимодействие с РФ представить как «колониальное наследие» или угрозу идентичности, то разрыв этих связей (экономических, миграционных, военных) становится не прагматическим решением, а актом «национального освобождения».

В Казахстане, к примеру, процессы поиска идентичности привели к созданию концепции «Новый Казахстан».

«В своём послании народу Казахстана от 16 марта 2022 года президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев определил ряд инициатив, которые потом превратились в концепцию «Новый Казахстан». Давайте перечислим их: о полномочиях президента, в которых был сформулирован отказ от чрезмерных президентских полномочий; переформатирование представительной ветви власти, в котором пересмотрены функции Сената и Мажилиса; совершенствование избирательной системы; расширение возможностей для развития партийной системы; модернизация выборного процесса; усиление правозащитных институтов; повышение конкурентоспособности СМИ и укрепление роли институтов гражданского общества; совершенствование административно-территориального устройства страны; децентрализация местного самоуправления; о первоочередных антикризисных мерах. И если рассматривать вопросы, которые были подняты президентом Токаевым в послании народу, то мы увидим, что они не очень-то и касались повышения жизненного уровня населения Казахстана. Скорее, это были какие-то государственные, политические решения», – рассуждает эксперт Альжан Исмагулов.

Ещё более критично высказался политолог Антон Бударов: ««Новый Казахстан» и «Старый Казахстан» – это пропагандистский неофициальный штамп, прозвучавший в послании президента Казахстана народу под названием «Новый Казахстан: Путь обновления и модернизации». Именно с тех пор и пошло (спущено политтехнологами) пропагандистское разграничение «Нового Казахстана» и «Старого Казахстана», хотя это под собой не имеет никакой почвы, ибо люди те же, а система стала ещё хуже и более коррумпированной».

По словам эксперта Исмагулова, концепция «Новый Казахстан» не несёт полезной функции для простых людей. Он приводит цитату государственного советника Ерлана Карина, который пишет: «Что означает Новый Казахстан? Это не только обновление госаппарата, как упрощённо представляют некоторые эксперты. Это в первую очередь перезагрузка общественных ценностей. Неприятие радикализма, крайних взглядов и действий, укрепление созидательного мотива. Преодоление всевозможных разломов в обществе. Это также означает продолжение поэтапных и системных реформ. Гуманитарное измерение госполитики и ставка на человеческий капитал» (https://www.inform.kz/ru/chto-takoe-novyy-kazahstan-mneniya-ekspertov_a3901677)

«Что за перезагрузка общественных ценностей? Неприятие радикализма? А что, ранее радикализм, крайние взгляды как-то поддерживались государством на уровне закона? Да, мы знаем из наглядных примеров, что некоторые государственные чиновники (в том числе и сам Ерлан Карин) встречаются с людьми радикальных взглядов, а некоторые даже предлагают таким радикалам финансовую поддержку. Но это же не прописано на уровне законодательства. Концепция «Новый Казахстан» никак не пересекается с нарративами о «Русском мире» и не противостоит им, поскольку это чисто внутриполитическая концепция», – рассуждает наш собеседник.

Этнический русский, проживающий в Казахстане, Антон Бударов также не видит национального подтекста в концепции «Новый Казахстан».

«По сути, «Новый» и «Старый» Казахстан в народе понимается как борьба старой номенклатуры с новой. То есть сугубо внутриполитический конфликт», – резюмирует эту часть беседы политолог.

Балансировка или сюрпризы?

Эксперты вполне логично убедили, что концепция «Новый Казахстан» не направлена на какие-то стратегические шаги республики, в частности во внешней политике. И вот в том, как выстраивает внешнеполитические связи современный Казахстан, приглашённые нами к разговору специалисты занимают разные позиции.

Блогер Исмагулов называет политику правительства Казахстана «стратегией сдерживания и противовесов». По его мнению, кредо Касым-Жомарта Токаева во внешней политике — это умелое балансирование между различными геополитическими игроками. Многополярность (или многовекторность, как определяют другие эксперты. — Ред.). Казахстан старается сохранить хорошие отношения со всеми странами мира, вне зависимости от того, в каких международных конфликтах они находятся.

«При этом нельзя сказать, что Казахстан «бросил» Россию одну в геополитическом противостоянии с Западом. Это подтверждают как со стороны западных стран, представители которых постоянно упрекают Казахстан в скрытой помощи России, так и со стороны России, как это сделал президент России Владимир Путин в ходе недавнего государственного визита в Казахстан в мае этого года», – подчеркивает Исмагулов.

Планы Казахстана заключаются в том, чтобы развивать политические и экономические отношения, преследуя свои интересы, но при этом стараясь не задеть ничьих других интересов и поддерживая своих союзников и партнёров.

«Казахстан не может сделать резких шагов, например, в поддержке России в конфликте с Украиной, хотя бы потому, что этот конфликт у России не только с Украиной, а с коллективным Западом. И, вставая в противостояние с коллективным Западом, Казахстан рискует потерять в экономическом плане слишком много. Страна эту потерю просто не переживет», – считает эксперт Альжан Исмагулов.

Совсем другого мнения придерживается политолог Антон Бударов.

«Я не думаю, что Казахстан пытается балансировать между политическими игроками сложившегося мира. Все политико-правовые реформы, которые проходят в Казахстане, – прозападные. Сейчас Казахстан прошел точку невозврата – так называемую парламентскую реформу, которая создает почву в странах-реформаторах для максимально реакционной политики. Аналогичная парламентская реформа была перед Майданом на Украине в 2012–2013 гг.; закончилось это крайне реакционным составом парламента, который открыто запрещал подавлять протесты на Майдане. Точно такие же реформы были в Грузии: вкупе с приходом к власти Саакашвили это закончилось государственным переворотом и войной. Такие же реформы были в Армении, что позволило привести к власти Никола Пашиняна; закончилось войной в Карабахе, крайне реакционной политикой в отношении России, угрозами выхода из ОДКБ и ЕАЭС. Аналогичные реформы были в Киргизии: это привело к нескольким государственным переворотам и крайне реакционному парламенту, который открыто призывает к ненависти к русским и русскому языку, – считает создатель и обозреватель политического канала «Буданбай» Бударов. – Так что в Казахстане никакой политики «балансирования» нет: есть политико-правовые реформы, которые уже привели к созданию новой партии «Адилет» (Әділет), возглавляет которую экс-руководитель Администрации Президента Айбек Дадебай, что говорит о некоем проправительственном политическом курсе. При этом в попечительском совете там огромное количество людей из числа представителей структур, которые финансируются Западом и выступают открыто против России. Например, Ирина Медникова – частый гость посольства США, получающая финансирование, и Карла Джаманкулова (Калибек) – учредитель НКО «Адиль Соз» (финансируется Западом открыто). Таких партий будет зарегистрировано несколько – это аналоги украинских партий «Батькивщина», «Удар» и т. п. Следовательно, после парламентской реформы (избрания нового состава парламента) Россию ждут «сюрпризы» из Казахстана. Как говорится: никогда такого не было – и вот опять, нежданно-негаданно!».

Фото: https://gradmsk.ru/, https://time.kz/, сгенерировано ИИ