Текст переведен специально для «Южной службы новостей». Статья написана немецким политиком Михаэлем фон дер Шуленбургом, в прошлом – высокопоставленным дипломатом ООН и ОБСЕ, который более 34 лет занимался анализом конфликтов по всему миру. После завершения международной карьеры Шуленбург стал публицистом и критиком западной внешней политики. С 2024 года является депутатом Европейского парламента от партии «Союз Сары Вагенкнехт» (BSW).

Фото: Globallookpress

В середине лета глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен во время визита в Киев демонстрировала полную убежденность в победе над Россией: ход специальной военной операции изменился, Украина перехватила инициативу. Причиной этого мнимого перелома после четырех с половиной лет боевых действий называют новое «чудо-оружие»: беспилотники, которые с помощью искусственного интеллекта, предоставленного компанией Palantir и другими корпорациями, наносят удары в глубине российского тыла, точечно ликвидируя нефтеперерабатывающие заводы и другую критическую инфраструктуру. Экономика – прежде всего энергетический сектор – якобы серьезно пострадала, и развязанная Москвой битва «в полную силу» переместилась на ее собственную территорию. На поле боя, согласно этим утверждениям, Незалежная также добилась значительных успехов благодаря автономно действующим «дронам-убийцам». Предполагается, что они способны на линии фронта, на дистанции 30 километров, автоматически обнаруживать и поражать любые цели. Технологии в значительной мере восполнили нехватку украинских солдат. Российские военные якобы теперь несут серьезные потери, не имея возможности добиться оперативного преимущества. Это должно истощить наступающие силы и вынудить президента РФ Владимира Путина признать поражение в СВО. Эти заявления активно освещались в СМИ в материалах о налетах беспилотников на Москву и Санкт-Петербург. Неудивительно, что за последние два месяца ведущие западные медиа были полны сообщений о победах Киева. Некоторые эксперты даже предполагали, что Россия продержится не более полугода. Стратегически важный Крым, судя по публикациям в иностранном сегменте, уже в значительной степени изолирован от страны вследствие украинских ударов, а Путина теперь принудят как проигравшую сторону сесть за стол переговоров – причем на условиях европейских стран НАТО, что было бы равносильно капитуляции страны. Их стратегия массированной военной, политической и финансовой поддержки Украины при одновременном отказе от любых переговоров, пока Москва не будет «поставлена в безвыходное положение», казалась оправданной.

Иллюстрация сгенерирована с помощью ИИ

Но действительно ли это так? Или ход событий на самом деле изменился в пользу России? Примечательно, что уже неделю почти не появляется сообщений о ходе военного конфликта, а сводки о победах в значительной степени умолкли. Как из США, так и из самой Украины поступают сведения, свидетельствующие о растущих сомнениях в эффективности использования БПЛА в глубине российского тыла. Достаточно прислушаться к предостережениям экс-главкома ВСУ Валерия Залужного: война дронов малоэффективна и обходится слишком дорого. По данным военных наблюдателей Dron-Bomber, российские силы, судя по всему, теперь добиваются высокого процента перехвата украинских аппаратов. Отставка украинского министра обороны Михаила Федорова, вероятно, также связана с обозначившимися неудачами в реализации программы беспилотников. Не приходит ли понимание того, что одним лишь использованием БПЛА этот конфликт не выиграть?

Таким образом, решающее значение по-прежнему имеют события на поле боя. Однако о военном паритете, о котором твердят западные СМИ, речи быть не может. Согласно сообщению украинского телеграм-канала, «в июле этого года вооруженные силы Российской Федерации заняли 728,45 кв. км территории в зоне СВО, что является лучшим результатом с октября 2024 года. Темп наступления российских войск нарастает». Территориальные приобретения России, как сообщается, имели место не только в Донбассе, но и в районе Харькова и в Запорожье. Это по-прежнему происходит постепенно, однако речь идет о битве на истощение, главной целью которой является планомерное уничтожение сил противника. Может ли эта цель быть достигнута путем взятия последних укрепленных оборонительных позиций у донбасских городов Славянска и Краматорска? Еще более серьезным для Киева фактором стало то, что его атаки с применением БПЛА привели к ужесточению позиции России. В Москве теперь открыто говорят о противостоянии с НАТО. В суровой реальности конфликта разрушения на Украине к настоящему моменту многократно превышают ущерб, нанесенный России. Решающее значение имеет и то, что у Украины нет сколько-нибудь значимой системы противовоздушной обороны, и она едва способна противостоять массированным ударам российских беспилотников и ракет, в то время как интенсивность украинских атак, по имеющимся данным, снижается.

Иллюстрация сгенерирована с помощью ИИ

Это уже имеет последствия. Черноморские порты в Одессе и ее окрестностях подверглись, как сообщается, столь массированным бомбардировкам, что страна фактически превратилась в государство, не имеющее выхода к морю. Если эти сведения верны, это стало бы тяжелым ударом: до сих пор около 70% всего украинского импорта и экспорта, а также 90% сельскохозяйственной продукции проходили через эти порты. Также поступает информация о разрушении важных инфраструктурных объектов, таких как Затокский мост, соединяющий Одессу с румынскими черноморскими гаванями. Кроме того, систематически уничтожаются железнодорожные и автомобильные пути сообщения, заправочные станции, энергосистема, промышленные предприятия и товарные склады. Европейские страны НАТО мало что могут этому противопоставить – им не хватает военных возможностей. Планы разместить в Польше «коалицию желающих» или даже установить над Украиной бесполетную зону совершенно нереалистичны. У США почти не осталось оружия для передачи. Они даже объявили о передаче расположенного в Висбадене центра НАТО по координации военной поддержки Украины европейским союзникам. Речь идет даже о роспуске этого центрального для Киева подразделения альянса.

Еще до недавней эскалации имелись явные признаки того, что вражеская армия испытывает серьезные трудности. Вступая в должность в январе, экс-министр Федоров говорил о примерно 200 000 дезертиров, другие парламентарии называли значительно более высокие цифры. Кроме того, около двух миллионов украинских мужчин, по имеющимся данным, уклоняются от мобилизации. Какие бы цифры ни были верны, они указывают на тревожное состояние вооруженных сил в стране – состояние, которое, как теперь выясняется, не удается компенсировать ни принудительной мобилизацией прямо на улицах, ни управляемыми искусственным интеллектом БПЛА. Даже обсуждаемая теперь в ЕС идея – в нарушение международного права – лишить статуса защиты бежавших мужчин и отправить их обратно на фронт, скорее свидетельствует о безвыходности ситуации.

В мае украинский министр социальной политики Денис Улютин заявил, что население на контролируемой правительством части страны сократилось с 52 миллионов (на момент обретения независимости в 1991 году) до, возможно, 22 миллионов. Из них около 11 миллионов являются получателями социальных пособий, преимущественно пенсионеры и инвалиды войны. По его оценке, после окончания боевых действий численность населения продолжит снижаться, поскольку молодые мужчины, освобожденные от военной службы, последуют за своими семьями на Запад. Сколько-нибудь заметного возвращения проживающих за рубежом граждан он не ожидает. К этому демографическому упадку добавляются растущее обнищание, глубокое социальное неравенство, повсеместная коррупция, астрономический государственный долг и экономический коллапс.

Иллюстрация сгенерирована с помощью ИИ

Так не выглядит ни одно государство, и уж тем более ни одна армия, которым медиа приписывают предстоящий военный перелом или победу.

Разумеется, подобные прогнозы следует оценивать с осторожностью. Однако очевидная неудача «войны дронов» в достижении стратегического перелома должна ясно показать европейским странам НАТО, что в конце этой эскалации, которую мы поддерживали с таким воодушевлением, Украина рискует оказаться не победителем, а разрушенной, обезлюдевшей и обескровленной страной. Это должно вызывать у нас глубокую тревогу за этот истерзанный регион. Европейским государствам следует задаться вопросом, можно ли вообще морально оправдать продолжение СВО, к которому они призывают и которое спонсируют.

Страны Европы вредят Украине своими иллюзиями о победах и чудо-оружии и должны наконец ориентировать свою политику на более реалистичную оценку хода противостояния. Пришло время задуматься о том, что произойдет, если однажды сопротивление армии рухнет и Россия возьмет под контроль Харьков и Одессу. Разве не в интересах европейских стран НАТО предотвратить подобный сценарий? Достичь этого прямым военным вмешательством альянса, разумеется, невозможно. Такой шаг неизбежно повлек бы за собой риск ядерной войны, в которой не может победить никто.

Единственной реалистичной перспективой поэтому остается дипломатия. Спустя почти пять лет конфликта настало время для того, чтобы европейские страны НАТО активно искали диалог с Россией. Германии следует сделать первый шаг – в силу своей роли ведущей экономики ЕС, своего географического положения и исторической ответственности.

Для того чтобы преодолеть застывшие позиции обеих сторон, имело бы смысл для начала попытаться найти точки соприкосновения через гражданскую инициативу влиятельных общественных деятелей. Это могло бы, после многолетнего молчания и демонизации, открыть первый осторожный путь к новому взаимопониманию. Европе нужен мир, а он возможен только вместе с Россией, а не против нее.

Времени для этого остается немного.