Отвечаем, почему это произошло, о чем это может свидетельствовать и как это могут использовать американцы.

Военный контингент Сальвадора сделал за несколько дней то, чего ООН не смогла добиться за десятилетия. Букеле укротил банды Гаити. Это основной тезис, на котором растет внезапная популярность сальвадорского лидера на африканском континенте. В самой Африке, как мы знаем сегодня, продолжают действовать 4 миротворческие миссии ООН, и, зачастую, результаты их работы, как и в Гаити до недавнего времени, вызывают критику.

Героика криминального мира

Но имеются и другие предпосылки и предыстории, гораздо более прозаичные, ставшие причиной популярности сальвадорского лидера. Незадолго до знаковых событий, связанных с прибытием сил безопасности из Сальвадора в Гаити, произошла криминальная история, произошедшая также в Гаити и завирусившаяся в социальных сетях африканских стран.

Речь идет об убийстве девушки по прозвищу «Baby Love» на Гаити в начале сентября 2026 года. Главная подозреваемая — гаитянская тиктокерша Эстер Томас, известная как «Nice B», связанная с одной из наиболее известных преступных группировок страны — «400 Mawozo». Поводом стала ревность со стороны Эстер.

Эстер Томас, известная как "Nice B", вместе с Уилсоном Джозефом, известным как "Lanmò San Jou", во время прямой трансляции 9 сентября 2026 года, в которой она бросила вызов полиции.

5 сентября 2026 года в социальных сетях распространилась видеозапись жестокого убийства молодой женщины. На записи несколько предполагаемых участников банды «400 Mawozo» убивают девушку мачете и расчленяют её тело. Полиция и прокуратура Гаити объявляют Эстер Томас в розыск. Её подозревают в причастности к убийству. 9 сентября «Nice B» появляется в прямом эфире TikTok вместе с главарём банды «400 Mawozo» — Уилсоном Жозефом по прозвищу «Смерть без назначенного дня». Во время трансляции она публично бросает вызов полиции, предложив приехать и задержать её.

История вызвала волну возмущения, вылившуюся далеко за пределы Гаити. И вновь подняла проблемы вооруженных банд, которые де-факто контролируют большую часть страны.

Сам Уилсон Жозев, как и лидеры других группировок, достаточно медийная фигура, с собственными представлениями о справедливости в обществе и амбициями большого политика. 2 ноября мировые СМИ сообщили, что Жозеф обратился к генеральному секретарю ООН с предложением переговоров и посредничества. В дальнейшем неоднократно распространялись новости о его задержании, которые на поверку оказывались фейком. 8 ноября гаитянская полиция при поддержке сальвадорских военнослужащих атаковала дом, которым пользовался Жозеф. По данным местных СМИ, здание уничтожено, несколько вооружённых людей погибли. Однако сам главарь банды остается на свободе.

Одним из феноменов криминального мира в Гаити заключается в том, что у большинства лидеров имеется значительная аудитория в социальных сетях (прежде всего в TikTok), через которые они успешно транслируют свои нарративы, в том числе на африканскую аудиторию. Лидеры банд становятся желанными образцами поведения далеко за пределами Гаити. В том числе в отдельных африканских странах, где социальная обстановка зачастую схожа с островом, «превратившимся в ад». Особенно это проявляется в Западной Африке, с которыми у жителей Гаити имеется языковое (французский язык) и культурно-религиозное родство (культ «вуду»).

Гаити и «Проект» Букеле

У истории с прибытием военного контингента на Гаити собственный трэк, но на него наслоилась представленная одна из многочисленных криминальных историй, что сделало операцию Сальвадора на Гаити темой номер один во многих африканских странах.

Найиб Букеле использовал экспедицию на Гаити для успешного экспорта внутреннего бренда «президента, победившего банды». В социальных сетях самого Букеле легко считываются амбиции стать международным политическим брендом. Причем Гаити — это лишь первая внешняя площадка, на которой Сальвадор пробует свои силы.

Букеле последовательно и методично готовился к данному шагу. В марте 2024 года он публично заявил, что Сальвадор способен «исправить» ситуацию на Гаити при наличии мандата Совбеза ООН, согласия Гаити и финансирования. Затем потребовал «уничтожить» гаитянские банды так же, как его правительство заявляет, что уничтожило банды в Сальвадоре. В 2024–2025 годах Сальвадор перешел от риторики к участию в международной миссии, а после исчезновения четырех сальвадорских авиационных специалистов 18 октября 2026 года Букеле направил на Гаити более 2 тысяч военнослужащих и резко расширил политическую рамку операции — от спасения своих граждан до обещания помочь гаитянам «забрать страну» у банд.

Хронология того, как Гаити превратилось в площадку для демонстрации силы Букеле.

В 2023 году Сальвадор уже обсуждал с правительством Ариэля Анри создание механизма сотрудничества по безопасности. В марте 2023 года вице-президент Феликс Ульоа публично говорил о готовности направить помощь Гаити; официальная администрация Сальвадора сообщала о договоренности создать офис сотрудничества.

Резкий перелом произошел 10 марта 2024 года на фоне захвата тюрем, атак на государственные учреждения и фактического паралича Порт-о-Пренса. Букеле написал в X: «We can fix it», оговорив три условия — резолюцию Совбеза ООН, согласие Гаити и покрытие расходов. В следующем сообщении он противопоставил свой опыт мнению «экспертов» и заявил, что банды Сальвадора были «уничтожены» и «то же самое должно быть сделано на Гаити». Второе сообщение сопровождало старое, контекст которого был спорным, видео якобы гаитянского каннибализма; впоследствии фактчекеры установили, что оно не относилось к мартовской эскалации 2024 года.

В августе 2024 года Сальвадор официально уведомил ООН о готовности предоставить 78 военнослужащих и три вертолета для медицинской эвакуации в составе Multinational Security Support Mission. В октябре было оформлено участие Сальвадора в миссии.

В начале 2025 года первые сальвадорские военнослужащие прибыли на Гаити. Кенийская The Star сообщала 5 февраля о прибытии еще 70 сальвадорских военнослужащих с медицинским оборудованием, характеризуя их появление как усиление миссии.

В сентябре 2025 года Совбез ООН резолюцией 2793 преобразовал прежнюю миссию в более мощную Gang Suppression Force (GSF). В числе государств, входивших в группу партнеров новой структуры, находились Кения и Сальвадор.

Весной 2026 года сальвадорские военные объявили о развертывании специализированной «Fuerza de Tarea Libertad», предназначенной для медицинской эвакуации, поисково-спасательных операций, воздушного патрулирования и совместных действий против банд.

18 октября 2026 года четыре сальвадорских авиационных специалиста пропали после нападения на их бронемашину в районе Croix-des-Bouquets. После этого Букеле объявил операцию по их возвращению и предупредил банды, что Сальвадор способен поступить с ними так же, как с бандами у себя дома.

К концу октября Сальвадор направил на Гаити более 2 000 военнослужащих. Это намного превосходило первоначальный контингент внутри международной структуры; ООН впоследствии специально подчеркнула, что большая часть новых сальвадорских сил не являлась частью поддерживаемой ООН GSF.

29 октября Букеле опубликовал длинное обращение на гаитянском креольском, заявив, что Сальвадор — «скромная развивающаяся страна», что это не вторжение, что его страна оплачивает около 90% операции и что сальвадорцы понимают гаитян, потому что сами жили в страхе перед преступностью. В сообщении присутствовала также христианская цитата из Второй книги Паралипоменон.

3 ноября Букеле пошел еще дальше: обратился к наследию Жан-Жака Дессалина (первый правитель независимого Гаити), и представил современных бандитов и их пособников как «предателей» его наследия и пообещал помочь гаитянам «вернуть страну», завершив тезисом, что «Гаити наконец будет свободно».

4 ноября он заявил, что сальвадорские ударные вертолеты пришли на помощь военнослужащим GSF из Чада, подвергшимся атаке банд, и написал: «банды больше не имеют преимущества». Это особенно важно для африканской аудитории: чадский контингент активно участвует в миротворческих миссиях ООН, в том числе в Гаити.

К 8 ноября появились международные материалы о гаитянах, приветствующих Букеле и сальвадорских военных. Al Jazeera зафиксировала открытые проявления поддержки, а TV5MONDE приводил формулу одного из пользователей соцсетей: «Bukele est mon ami. Bukele est mon père» («Букеле мой друг. Букеле мой отец»). Кадры массовой поддержки сальвадорских военных в Гаити завирусились в социальных сетях Африки.

Отдельно стоит отметить, роль африканских стран, и прежде всего Кении в борьбе с гаитянскими бандами. Именно Кения первой возглавила международную операцию по борьбе с вооружёнными бандами на Гаити. Она началась в июне 2024 года, задолго до истории с участием сальвадорских военнослужащих. Речь шла не о миротворческой миссии ООН, а о международной миссии поддержки безопасности — Multinational Security Support (MSS), санкционированной Советом Безопасности ООН и действовавшей совместно с гаитянской полицией.

Кенийская миссия столкнулась с нехваткой финансирования, личного состава и техники. Несмотря на отдельные успехи, остановить распространение вооружённых группировок не удалось. Именно поэтому ООН поддержала переход к новой, более масштабной операции GSF.

Поэтому Букеле входит не в абстрактную латиноамериканскую дискуссию, а в пространство, где африканские правительства, военнослужащие и аудитория уже эмоционально и политически вовлечены.

Антиколониальная риторика Букеле

Взрывной рост популярности Букеле среди африканской аудитории обусловлен не столько интересом к Сальвадору, сколько тем, что на примере близкого африканцам Гаити показан глобальный сюжет урегулирования конкретных проблем — маленькая страна Глобального Юга способна сделать то, с чем не справились западные державы, ООН и местные элиты.

Эта рамка сочетает сильную власть, борьбу с преступностью, антиэлитаризм, критику «экспертов», религиозную риторику, антиколониальные символы и чрезвычайно эффективную коммуникацию через соцсети. В африканском контексте подобный сюжет попадает в среду, где доверие к традиционным политическим институтам в последние годы сильно ослаблено. Среди африканцев существует сильный запрос на государственную эффективность и безопасность, которую олицетворяет собой Букеле.

Наблюдается несколько механизмов роста популярности Букеле в Африке.

А) Результат важнее процедуры. Букеле предлагает видимый и легко объяснимый ответ на насилие вооруженных банд. Военные Сальвадора успешно решают проблемы, которые копились и казались неразрешимыми на протяжении десятилетий. Это достаточно знаковый сюжет для жителей многих африканских городов с высоким уровнем преступности, а также стран, страдающих от терроризма и вооруженного насилия (регион Сахель).

Б) Образ эффективного молодого лидера. Международная операция Сальвадора в Гаити показала способность действовать там, где институты годами не дают результата. Подобный успех хорошо накладывается на имеющееся разочарование традиционными партиями и лидерами, среди молодых жителей Африки.

В) Популизм. Букеле противопоставляет «обычных людей» экспертам, НПО и бюрократии. Антиэлитарные и антиинституциональные настроения сильны в Африке.

Г) «Страна Глобального Юга помогает другой стране Глобального Юга». Он говорит, что Сальвадор не великая держава, не хочет богатств Гаити и ссылается на Дессалина. Тезисы очень близкие для панафриканской аудитории.

Д) Африканское участие. Кенийцы и чадцы уже непосредственно участвуют в гаитянской миссии. Кения, Чад и франкофонная/англоязычная Африка, следящая за миссией последние несколько лет.

Е) Диаспора. Символическая связь Гаити с африканским и черным освобождением. Апелляция к Дессалину превращает безопасность в историко-освободительный нарратив, характерных для панафриканистов, афроцентричных сообществ, африканских диаспор.

Наиболее эффективный и необычный ход Букеле — переход на гаитянский креольский язык. Сальвадорский лидер специально утверждает, что Сальвадор не великая держава, не собирается господствовать над Гаити и не стремится завладеть его богатствами. Через несколько дней он связывает борьбу с бандами с наследием Дессалина. Ссылка на Дессалина — чрезвычайно интересный идеологический ход. Она связывает антибандитскую войну с самым мощным символом черного антиколониального освобождения в Америке. Для части панафриканских аудиторий эта рамка потенциально сильнее, чем обычная латиноамериканская риторика «закон и порядок».

Фактически Букеле перекодировал военную интервенцию из привычной схемы «внешняя держава вмешивается в слабое государство» в схему «малое постколониальное государство помогает другому». Именно этот элемент сделал военную операцию Сальвадора потенциально привлекательной для панафриканских сетей, особенно тех, которые негативно воспринимают западный патернализм, но одновременно требуют более сильных государств.

Риторика Букеле наиболее убедительна в отдельных регионах Африки. В Сахеле, где сильнее всего идеологическая совместимость: суверенизм, критика западных институтов, культ государственной силы, высокий приоритет безопасности.

В Южной Африке, Нигерии, Гане и крупных городских аудиториях вероятнее другая версия привлекательности: не геополитическая, а «харизматичная» — молодой медиаграмотный лидер, который заявляет, что заставил государство работать. При этом африканские медиа уже публикуют материалы о его борьбе с преступностью независимо от Гаити, одновременно обращая внимание на репрессии, аресты и ослабление гражданских свобод.

В случае если операция в Гаити будет успешно реализована, Букеле подтвердит потенциал экспорта его модели. Риски для сальвадорского лидера достаточно высоки. Сальвадор и Гаити структурно различаются. Гаити имеет существенно более слабые институты, раздробленные вооруженные группы, ограниченные тюремные возможности, сложную городскую и социальную среду и долгую историю неудачных внешних интервенций. Независимые эксперты предупреждают, что механическое перенесение сальвадорского подхода может не сработать и увеличить число гражданских жертв.

При всех своих достаточно левых элементах идеологии и практик Букеле не строит свою внешнюю политику как системно антизападную. Не забываем и о том, что президент Сальвадора является одним из ближайших союзников Дональда Трампа в Латинской Америке.

Есть на первый взгляд невероятный, но тем не менее возможный сценарий, что республиканцы с учетом успеха Букеле на Гаити и роста его популярности на Черном континенте, попытаются использовать Сальвадор на африканском направлении. Как минимум можно обозначить регионы Центральной Африки (ДР Конго) и Африканского рога (Сомали), где Штаты заинтересованы в стабильности и вытеснении своего основного конкурента, — китайцев, при этом не имеют собственных компетенций для разрешения местных проблем.