В Ташкенте разгорается скандал вокруг ареста главы финтех-стартапа Solfy Уктама Хасанова. История уже выходит за рамки обычного уголовного дела и вызывает вопросы куда шире — о бизнесе и правилах игры в регионе. Хасанова обвиняют в хищении средств Национального банка Узбекистана, при этом арест произошёл как раз в момент, когда компания вела активные переговоры с финансовыми структурами, что только усилило внимание к ситуации.

Solfy — финтех-проект с участием российского бизнеса, который развивает цифровые финансовые решения. Компания вышла на рынок Центральной Азии на фоне растущего интереса иностранных игроков к региону. Поэтому происходящее воспринимается не просто как отдельный инцидент, а как показатель того, в каких условиях здесь приходится работать инвесторам.

Фото: ИИ

На этом фоне всё чаще звучит вопрос: где проходит граница между реальным уголовным делом и давлением на бизнес? Подобные истории влияют не только на конкретные компании, но и на общее отношение к региону со стороны тех, кто рассматривает его для работы и инвестиций.

Поспешные выводы преждевременны

При этом оценки ситуации среди экспертов различаются. Как отметил заведующий сектором Центральной Азии Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук (ИМЭМО РАН) Станислав Притчин, на данном этапе преждевременно делать однозначные выводы.

«Сейчас сложно говорить о сути дела, поскольку неизвестны детали переговоров между компанией и Центральным банком и неясно, имели ли место нарушения со стороны бизнесмена. Я бы не стал сразу трактовать происходящее как преследование российского бизнеса в Узбекистане. Это отдельный кейс, который требует отдельного рассмотрения», — подчеркнул он.

По его словам, в целом Узбекистан заинтересован в привлечении инвестиций и стремится решать спорные вопросы с инвесторами в компромиссном ключе, чтобы не подорвать инвестиционный климат.

Высокие риски для инвесторов

В то же время экономист Александр Разуваев обращает внимание на более широкие риски, с которыми сталкиваются российские инвесторы в регионе.

«С начала СВО часть российских специалистов и бизнеса переориентировалась на Центральную Азию — прежде всего на Казахстан, Кавказ, в Баку, но также и в Узбекистан. Это связано с сокращением возможностей внутри России. Однако риски в регионе остаются высокими, и подобные истории это подтверждают», — отметил он.

По его мнению, подобные кейсы требуют более осторожного подхода со стороны бизнеса.

«Я бы на месте российских предпринимателей не заходил дальше Казахстана. Как завершится эта история — сказать сложно, но о рисках нужно помнить всегда», — добавил эксперт.

Показательный кейс для региона

Эта история важна не только сама по себе — она может повлиять и на более крупные процессы в регионе. Речь идёт о совместных проектах и экономической интеграции, в том числе в рамках ЕАЭС и ШОС, а также о сотрудничестве в транспорте, энергетике и цифровой сфере. На фоне растущей конкуренции за инвестиции такие ситуации неизбежно учитываются бизнесом при принятии решений.

В итоге кейс Solfy постепенно превращается в показательную историю, которая отражает более глубокие процессы в Центральной Азии — от того, как работает правовая система, до того, как выстраивается баланс интересов государства и бизнеса.

Для российских инвесторов это особенно чувствительно. В последние годы они активно выходят на рынки региона, но подобные случаи заставляют внимательнее относиться к рискам и осторожнее выбирать, где и как работать.

Фактор конкуренции

При этом, как отмечает Станислав Притчин, ситуацию нельзя сводить исключительно к политическому давлению — она может иметь и рыночное измерение.

«Если речь идёт о финтех-компании, способной стать важной платформой для транзакций между Россией и Узбекистаном, то её появление может затрагивать интересы местных игроков, прежде всего банковского сектора. В этом контексте ситуацию стоит рассматривать в том числе через призму конкуренции», — пояснил он.

В заключение эксперт призвал избегать поспешных оценок.

«Необходимо разбираться в ситуации с холодной головой. Уверен, что и российское посольство, и руководство страны внимательно следят за происходящим, и при необходимости соответствующие переговоры с узбекской стороной будут проведены», — отметил он.

В итоге история с Solfy — это уже не просто отдельное дело, а показатель того, что происходит в регионе в целом. От того, чем всё закончится, во многом зависит, как Центральную Азию будут воспринимать инвесторы и технологический бизнес.

Для компаний это сигнал внимательнее считать риски и думать о стратегии, а для государств — проверка на то, насколько они готовы сохранять баланс между своими интересами и созданием понятных и стабильных условий для бизнеса.